500 километров
в один заход
в один заход
500 километров из Парижа в Голландию в холодное католическое Рождество — под дождем, за 27 часов без ночевок и долгих остановок
Текст Бас Ротханс | Фотографии Михил Ротханс
На сервисе Strava есть челленджи, это тренировочные задачи для велосипедистов — проехать 1000 километров за месяц, ехать на велосипеде без остановок минимум три часа или покорить горные вершины, совершив подъем на 5000 метров. Челлендж Festive 500 («Праздничная 500-ка») — это приглашение проехать 500 километров на велосипеде за 8 зимних дней между католическим Рождеством и Новым годом. Большинство проезжает это расстояние за 5-10 поездок, но голландский велосипедист Бас Ротханс решил проверить, сможет ли проехать все 500 километров за одну поездку.
В 2012 году я впервые поучаствовал в Festive 500, и каждый раз после катания возвращался по уши мокрым и задавался вопросом, не попробовать ли проехать все расстояние за одну, очень большую поездку? Идея челленджа мне нравилась, но еще мне хотелось поскорее его закончить и подольше оставаться чистым.
Я начал придумывать маршрут: такой, чтобы начинался за 500 километров от дома и вел обратно к нему. Морально было бы легче ехать к домашнему комфорту и уюту, а не уезжать от него.
Я начал придумывать маршрут: такой, чтобы начинался за 500 километров от дома и вел обратно к нему. Морально было бы легче ехать к домашнему комфорту и уюту, а не уезжать от него.
Потом мне пришло в голову, что стартовать можно в Париже. Я не знал точного расстояния, но был уверен, что до моего дома в Харлеме точно есть 500 километров. А еще мне казалось, что будет круто стартовать от такого культового места, как Эйфелева башня.
Ха́рлем (Haarlem) — небольшой город в Голландии, расположен в 20 километрах от Амстердама.
Я делился идеей с друзьями, и кто-то говорил, что я чокнулся, а кто-то
был заинтригован. В октябре 2013, на веловыставке, после слишком большого количества выпитого пива, мой друг Томас стал первым, кого я зацепил своей идеей. Однажды Томас сорвался на музыкальный фестиваль в Венгрию и доехал туда из Голландии на велосипеде, и даже участвовал в гонке велокурьеров, которая длилась целые сутки. Он много тренировался в этом году, пробежал несколько марафонов, поэтому чувствовал, что способен выполнить челлендж, чтобы достойно завершить этот год.
был заинтригован. В октябре 2013, на веловыставке, после слишком большого количества выпитого пива, мой друг Томас стал первым, кого я зацепил своей идеей. Однажды Томас сорвался на музыкальный фестиваль в Венгрию и доехал туда из Голландии на велосипеде, и даже участвовал в гонке велокурьеров, которая длилась целые сутки. Он много тренировался в этом году, пробежал несколько марафонов, поэтому чувствовал, что способен выполнить челлендж, чтобы достойно завершить этот год.
Речь о гонке Riverwest 24. Правила просты: курьеры должны отметиться на специальных пунктах маршрута, перечисленных в путевом листе, и выполнить особые задания. Маршрут круговой, круг составляет 7,5 км. Чтобы заполнить один путевой лист, нужно проехать 10 кругов. Потом берете новый лист, и заново. Гонка длится 24 часа, победители обычно проезжают около 40 кругов.
Мне хотелось собрать команду, чтобы мы помогали друг другу в пути. Но не слишком большую, чтобы группа была гибкой и быстро двигалась. Следующим, кто купился на мою идею, был Вольф. Мы познакомились через сервис Strava и несколько раз вместе катались на горных велосипедах. Вольф казался подходящим парнем, тем более он проехал на велосипеде множество километров.
Последним к нам присоединился Паул. Полтора года назад мы познакомились на выставке Eurobike; он рассказывал, как несколько лет профессионально гонялся за португальскую команду. Тогда он мне показался человеком с большим опытом. А его гоночное прошлое делало его сильнее остальных в группе — он мог вести ее за собой.
В этот момент к нам присоединились еще два человека: мой брат Михил, фотограф (именно его фотографии вы видите в статье), и мой друг Мишель, видеооператор (его видео есть в конце статьи). Эти двое загорелись идеей запечатлеть немного нашего безумства и решили следовать за нами на машине.
Последним к нам присоединился Паул. Полтора года назад мы познакомились на выставке Eurobike; он рассказывал, как несколько лет профессионально гонялся за португальскую команду. Тогда он мне показался человеком с большим опытом. А его гоночное прошлое делало его сильнее остальных в группе — он мог вести ее за собой.
В этот момент к нам присоединились еще два человека: мой брат Михил, фотограф (именно его фотографии вы видите в статье), и мой друг Мишель, видеооператор (его видео есть в конце статьи). Эти двое загорелись идеей запечатлеть немного нашего безумства и решили следовать за нами на машине.
Каждый по-своему готовился к поездке. Я провел много времени, выбирая подходящую одежду и велосипед. Главным критерием в выборе для меня стал комфорт. Я хотел чувствовать себя максимально комфортно настолько долго, насколько будет возможно.
Я взял Canyon Inflite AL, алюминиевый циклокросс на дисковых тормозах, поставил покрышки Schwalbe Marathon Racers шириной 38 мм. Нетрадиционный выбор, но опять же — я был нацелен на комфорт, а мы ожидали, что на пути будет не особо хороший асфальт.
У меня было новое переднее колесо, заспицованное на динамо-втулку Supernova. Она производит электричество для мощного переднего фонаря, а когда вы не используете фонарь, от нее можно заряжать любое устройство с USB-портом. Основную часть пути мы должны были ехать в темноте, значит фонарь бы постоянно использовался и энергии бы не хватило для зарядки всей электроники, так что я вез с собой еще две дополнительные зарядные батареи.
На велосипед я нацепил подседельную и нарамную сумку Revelate, куда поместились три смены термобелья, перчатки, шапки и носки, еда и несколько сменных камер. Я также взял еще одни велоштаны и дождевик. Тогда мы еще не знали, что 80% времени нам предстоит провести в дождевиках.
Я взял Canyon Inflite AL, алюминиевый циклокросс на дисковых тормозах, поставил покрышки Schwalbe Marathon Racers шириной 38 мм. Нетрадиционный выбор, но опять же — я был нацелен на комфорт, а мы ожидали, что на пути будет не особо хороший асфальт.
У меня было новое переднее колесо, заспицованное на динамо-втулку Supernova. Она производит электричество для мощного переднего фонаря, а когда вы не используете фонарь, от нее можно заряжать любое устройство с USB-портом. Основную часть пути мы должны были ехать в темноте, значит фонарь бы постоянно использовался и энергии бы не хватило для зарядки всей электроники, так что я вез с собой еще две дополнительные зарядные батареи.
На велосипед я нацепил подседельную и нарамную сумку Revelate, куда поместились три смены термобелья, перчатки, шапки и носки, еда и несколько сменных камер. Я также взял еще одни велоштаны и дождевик. Тогда мы еще не знали, что 80% времени нам предстоит провести в дождевиках.
Все ехали на совершенно разных велосипедах. Паул ехал на стальном St. Joris с колесами на деревянных ободах. Велосипед Вольфа был, пожалуй, самым «нормальным» — карбоновый циклокросс Focus. У Томаса был гибрид с жесткой вилкой на титановой МТБ-раме Salsa. Он переделал его под дорожное использование, поставив такие же, как у меня, покрышки и лежак.
Мы хотели стартовать в полночь, сразу как стрелки часов сдвинутся на 24 декабря — канун Рождества. Пришлось поторопиться, чтобы вовремя доехать до Эйфелевой башни от вокзала. Забавно, как мы тогда переживали за время, потому что потом нам предстояло провести множество часов в дороге.
Мы сделали символическую фотографию и двинулись в путь. Дул порывистый ветер, но было сухо. Париж пролетел быстро, даже быстрее, чем мы это осознали, и мы оказались на отличной новой велодорожке, проходящей вдоль длинного канала. Мы шли в хорошем темпе, и на некоторых участках ветер помогал ехать быстрее.
Мы сделали символическую фотографию и двинулись в путь. Дул порывистый ветер, но было сухо. Париж пролетел быстро, даже быстрее, чем мы это осознали, и мы оказались на отличной новой велодорожке, проходящей вдоль длинного канала. Мы шли в хорошем темпе, и на некоторых участках ветер помогал ехать быстрее.
Когда мы покинули пригород Парижа и проезжали через деревни, тот же ветер мотал нас из стороны в сторону. Бодрящий, быстрый, порывистый и порой очень опасный. Это было похоже на родео на быке.
Мы ехали вперед, количество пройденных километров росло, но было достаточно одно взгляда на ночное небо, чтобы понять — нас настигал дождевой фронт. Момент, когда он нас догонит, был только вопросом времени. Нам удавалось убегать от него до трех или четырех часов утра, а потом ударил ливень. Так сильно, будто его послали, чтобы помешать нам.
Мы нырнули в укрытие, скользнули в дождевики и поехали дальше. По сей день я задаюсь вопросом, сдались бы мы, если бы знали, как много времени предстоит нам ехать под дождем? Тогда мы просто продолжили путь. К утру мы проголодались и попытались найти место, чтобы перекусить.
Мы ехали вперед, количество пройденных километров росло, но было достаточно одно взгляда на ночное небо, чтобы понять — нас настигал дождевой фронт. Момент, когда он нас догонит, был только вопросом времени. Нам удавалось убегать от него до трех или четырех часов утра, а потом ударил ливень. Так сильно, будто его послали, чтобы помешать нам.
Мы нырнули в укрытие, скользнули в дождевики и поехали дальше. По сей день я задаюсь вопросом, сдались бы мы, если бы знали, как много времени предстоит нам ехать под дождем? Тогда мы просто продолжили путь. К утру мы проголодались и попытались найти место, чтобы перекусить.
Та местность Франции, в которой мы находились, словно вымерла. Все было закрыто. Когда мы наконец нашли бар, нам смогли предложить только пиво или кофе. Мы выпили кофе, съели несколько круассанов из ближайшей булочной и направились дальше.
День продолжался, километры росли.
В Бельгии кое-где пришлось ехать по дорогам, вымощенным булыжниками, мы опять очень долго искали место с едой или хоть чем-то на нее похожим. Михил и Мишель не везли никакой еды, так как не ожидали, что будут машиной сопровождения, и мы не просили их об этом.
День продолжался, километры росли.
В Бельгии кое-где пришлось ехать по дорогам, вымощенным булыжниками, мы опять очень долго искали место с едой или хоть чем-то на нее похожим. Михил и Мишель не везли никакой еды, так как не ожидали, что будут машиной сопровождения, и мы не просили их об этом.
Когда мы въезжали в Брюссель, начался дикий ливень. К этому моменту Томас уже сменил пару стертых тормозных колодок, да и у Вольфа дела тоже шли не очень хорошо. Его куртка была не настолько водоотталкивающей, как он надеялся, он промок и теперь замерзал.
Мы остановились переждать дождь перед входом в здание банка в самом центре города, и консьерж впустил нас в холл. Сердце не позволило ему оставить нас снаружи. Мы обернули Вольфа в спасательное одеяло, и стало совершенно ясно, что для него будет опасно продолжать путь.
Томас тоже принял мудрое решение выйти из игры. Его тормоза стерлись, он чувствовал, что совсем обессилел. Мы с Паулом посмотрели друг на друга: продолжаем? Паул кивнул. Едем дальше.
Мы остановились переждать дождь перед входом в здание банка в самом центре города, и консьерж впустил нас в холл. Сердце не позволило ему оставить нас снаружи. Мы обернули Вольфа в спасательное одеяло, и стало совершенно ясно, что для него будет опасно продолжать путь.
Томас тоже принял мудрое решение выйти из игры. Его тормоза стерлись, он чувствовал, что совсем обессилел. Мы с Паулом посмотрели друг на друга: продолжаем? Паул кивнул. Едем дальше.
Мы набили животы пиццей из ближайшего кафе, переоделись в последние сухие вещи, и помчались вперед. 50 километров до Антверпена мы пролетели, не потеряв ни секунды. А потом произошла катастрофа.
С разницей в 10 минут наши навигаторы сломались. Они записывали трек на протяжении 400 километров и размер файла их убивал. Без навигации мы потерялись. Полтора часа мы пытались выехать из гавани Антверпена, найти правильный путь. Вдобавок я прокололся, и что-то внутри нас сломалось. Ничего не получится. Мы истощены.
С разницей в 10 минут наши навигаторы сломались. Они записывали трек на протяжении 400 километров и размер файла их убивал. Без навигации мы потерялись. Полтора часа мы пытались выехать из гавани Антверпена, найти правильный путь. Вдобавок я прокололся, и что-то внутри нас сломалось. Ничего не получится. Мы истощены.
Мы были обессилены и позвонили Михилу и Мишелю, попросив забрать нас на машине.
Когда мы встретились, они дали нам чувствительный пинок под зад. Протянули GPS-навигатор, который использовали, чтобы следовать по нашему треку, затолкали нас обратно на велосипеды и указали правильное направление. Если бы не они, мы бы сдались.
Позже они признались, что в машине пришли к соглашению: если мы сдадимся, они не будут выкладывать ничего: ни фотографий, ни видео — все это не имело смысла, если мы не завершили начатое.
И после этого вмешательства мы продолжили путь. На самом деле, нам ничего не оставалось, кроме как ехать вперед, к невидимой финишной черте. Вода была повсюду, но особенно сильно брызгало с передних колес.
Медленно, но верно все системы отказывали. Батареи перестали давать заряд, мы доели последние батончики сникерсов, которые удалось купить час назад в единственном допоздна работающем магазине. Когда Михил и Мишель сказали, что уже были на севере Роттердама, когда мы еще были на юге, мы опять пали духом. Паул полностью промок, каждый километр отнимал слишком много времени. Я начинал принимать сомнительные решения...
Каким облегчением было, когда мы все-таки догнали машину Михила. Оставалось всего несколько километров до отметки в 500 км.
Когда мы встретились, они дали нам чувствительный пинок под зад. Протянули GPS-навигатор, который использовали, чтобы следовать по нашему треку, затолкали нас обратно на велосипеды и указали правильное направление. Если бы не они, мы бы сдались.
Позже они признались, что в машине пришли к соглашению: если мы сдадимся, они не будут выкладывать ничего: ни фотографий, ни видео — все это не имело смысла, если мы не завершили начатое.
И после этого вмешательства мы продолжили путь. На самом деле, нам ничего не оставалось, кроме как ехать вперед, к невидимой финишной черте. Вода была повсюду, но особенно сильно брызгало с передних колес.
Медленно, но верно все системы отказывали. Батареи перестали давать заряд, мы доели последние батончики сникерсов, которые удалось купить час назад в единственном допоздна работающем магазине. Когда Михил и Мишель сказали, что уже были на севере Роттердама, когда мы еще были на юге, мы опять пали духом. Паул полностью промок, каждый километр отнимал слишком много времени. Я начинал принимать сомнительные решения...
Каким облегчением было, когда мы все-таки догнали машину Михила. Оставалось всего несколько километров до отметки в 500 км.
Было 3:30 утра 25 декабря, когда мы остановились на отметке в 507 километров. Моя жена Марья, друг Ерун и еще один мой брат встретили нас. Прошло 27 часов после выезда из Парижа. Мозг больше не справлялся, мы бодрствовали больше 40 часов.
Марья и Ерун надели велоодежду на случай, если я захочу доехать до Харлема на велосипеде, и привезли мне сухие вещи. И у меня открылось уже не второе, а третье, четвертое дыхание. Я переоделся в сухое, попрощался с Паулом, и мы поехали домой. На отметке в 533 км мой телефон отключился и перестал записывать трек. Я никогда не узнаю, сколько точно километров мы проехали, но позже я подсчитал расстояние по GPS, получилось около 570 км.
Марья и Ерун надели велоодежду на случай, если я захочу доехать до Харлема на велосипеде, и привезли мне сухие вещи. И у меня открылось уже не второе, а третье, четвертое дыхание. Я переоделся в сухое, попрощался с Паулом, и мы поехали домой. На отметке в 533 км мой телефон отключился и перестал записывать трек. Я никогда не узнаю, сколько точно километров мы проехали, но позже я подсчитал расстояние по GPS, получилось около 570 км.
 |  |
В последний час езды я начал сваливаться с велосипеда, мне чудилось что-то на обочине. Мы финишировали в четверть шестого на центральной площади Харлема. Тогда я чувствовал только усталость. Но этот опыт незабываем. Такое закаляет душу.
Если честно, не знаю, захочу ли когда-то еще совершить подобное. Но я рад, что хотя бы раз это попробовал. И особенно с такими замечательными компаньонами.
Оригинал статьи.
Если честно, не знаю, захочу ли когда-то еще совершить подобное. Но я рад, что хотя бы раз это попробовал. И особенно с такими замечательными компаньонами.
Оригинал статьи.
Если не хватило про безумства, прочитайте рассказ Максима Кравцова о том, как он проехал 422 км из Петербурга в Петрозаводск (на фиксе) без остановок за 20 часов.
Если интереснее про сам маршрут и местность, читайте блог #Amster2Paris — ребята проехали по обратному маршруту, из Голландии во Францию, не торопясь и рассматривая природу и города. Тоже не без приключений.
Если интереснее про сам маршрут и местность, читайте блог #Amster2Paris — ребята проехали по обратному маршруту, из Голландии во Францию, не торопясь и рассматривая природу и города. Тоже не без приключений.
